Игра загружается. Пожалуйста, подождите.
Игра загружается. Пожалуйста, подождите.
Игра загружается. Пожалуйста, подождите.
Побег к истине
Я психолог. Однажды я получил запрос от полиции: мужчина собирается прыгнуть с крыши, меня попросили его отговорить. Сначала я подумал, что это обычный случай суицида. Но когда я увидел этого человека, я не заметил в его глазах ни капли печали, отчаяния или других эмоций, типичных для людей, решившихся на самоубийство. Наоборот, в его глазах были только спокойствие, рассудительность и немного фанатизма. Он потребовал, чтобы все полицейские ушли и оставили меня одного с ним. Потом он сказал мне: «Я отправляюсь в рай, о котором я мечтаю. Я очень надеюсь, что ты тоже пойдешь со мной»
Я психолог. Однажды я получил запрос от полиции: мужчина собирается прыгнуть с крыши, меня попросили его отговорить. Сначала я подумал, что это обычный случай суицида. Но когда я увидел этого человека, я не заметил в его глазах ни капли печали, отчаяния или других эмоций, типичных для людей, решившихся на самоубийство. Наоборот, в его глазах были только спокойствие, рассудительность и немного фанатизма. Он потребовал, чтобы все полицейские ушли и оставили меня одного с ним. Потом он сказал мне: «Я отправляюсь в рай, о котором я мечтаю. Я очень надеюсь, что ты тоже пойдешь со мной»

Почему самоубийца проявляет фанатизм, а не отчаяние?
Почему самоубийца проявляет фанатизм, а не отчаяние?